Speech

Речь на совещании по случаю празднования столетия Ассоциации американских университетов

Его Высочество Ага Хан
Вашингтон
22 апреля 2001


Вносим изменения: Размышления по поводу общих проблем, общих возможностей и общей ответственности в международном высшем образовании

Скачать PDF версию речи (37,3 КБ)


 Спасибо, Президент Вест, за Ваши великодушные слова при представлении и благодарю всех вас за столь теплый прием. Для меня большая честь быть приглашенным выступить перед столь уважаемым собранием педагогов. Если IQ может быть преобразован в киловатты, у меня нет сомнений, что квантовая масса, собранная здесь сегодня вечером, соответствует мировым нуждам в области энергии, по меньшей мере, на десятилетие.


В 1954 году я в первый раз в моей жизни приехал в Соединенные Штаты и поступил студентом на первый курс в Гарвардский колледж. Это был опыт, который я никогда не забуду. Все мое формальное образование до этого момента проходило на французском языке, и хотя я изучал английский язык, мое владение этим языком не отвечало требованиям учебной программы Гарвардского университета. К счастью, нас, бывших в том же положении, было несколько, и мы действовали совместно, дабы найти французские издания как можно большего числа книг из рекомендованной для чтения литературы. Мы писали наши работы на французском языке, переводили их на английский язык и ждали в страхе своих оценок.


По капризу природы, хотя я родился правшой, я имел счастье войти в этот мир с левой ноги. В те дни в Соединенных Штатах футболисты, которые могли бить с левой ноги, были очень редки. Это означало, что я смогу войти в команду первокурсников по футболу на левом фланге. Мы были замечательной группой, мы провели сезон, не допустив ни одного проигрыша, к тому же получили признание по всем позициям, входившим в список деканата, не следует путать со списком ректора [категория студентов – имеющая высокие отметки], хотя мы никогда не беспокоились, чтобы объяснить эти различия полностью нашим родителям. Я и по сей день убежден, что своей Гарвардской степенью я обязан своей левой ноге.


Я могу вам сказать, что у меня было много бессонных ночей в течение того первого года обучения в Гарварде, и, когда сон приходил, он часто сопровождался сновидением (кошмаром, что было бы более точно). В нем я представал перед высоким авторитетом, который строго бранил меня за мое поведение, говорил, что я не достоин быть членом гарвардского научного сообщества, а затем отправлял меня к себе в комнату, чтобы я упаковал свои вещи, чтобы вернуться домой. Не зная ничего о структуре образовательных учреждений, помимо моей школы-интерната в Швейцарии, я всегда думал, что наиболее авторитетной фигурой является руководитель учреждения, а в случае Гарварда, его президент. Воспоминания о страхе, который я испытывал, находясь лицом к лицу только с одним президентом университета, не придавали мне уверенности, когда я готовился предстать перед лицом аудитории, полной вас здесь сегодня вечером.


Когда я начал думать о том, что я могу сказать на сегодняшней встрече, старый страх принял новую форму. Как мог я позволить себе представить нечто на тему высшего образования, нечто, что было бы достойно научного уровня, опыта и высокой ответственности в системе высшего образования, представленных в этой аудитории? Я не учился в академических учреждениях, не имею публикаций как ученый или опыта управления в сфере образования. Хотя я не уверен, что мои комментарии будут соответствовать ожиданиям Программного комитета, я решил обратиться к моему опыту работы в учреждениях по социально-экономическому развитию в некоторых частях Азии и Африки в течение последних сорока лет.


Ряд проблем, о которых я буду говорить, затрагивается Целевой группой по высшему образованию, созванной два года назад Всемирным банком и ЮНЕСКО, одним из председателей которой был профессор Генри Росовски, который сегодня во второй половине дня произнес столь решительную речь. Я проиллюстрирую и разовью их, опираясь на опыт учреждений, входящих в Сеть Ага Хана по развитию, поскольку они действовали по всему миру в районах высокой концентрации бедного населения, в Центральной и Южной Азии и в странах Африки южнее Сахары. Моей целью является не похвальба своими достижениями, но желание привлечь внимания к конкретным проблемам и возможностям и предложение примеров и уроков, которые можно извлечь из нашего опыта работы в условиях, которые подчас очень трудны из-за краха экономики, политической нестабильности и гражданских беспорядков. Я также надеюсь, что смогу убедить учреждения развивающихся и промышленно развитых стран собраться вместе, чтобы работать в отдельных областях, представляющих общие проблемы, возможности и обязанности.


Для тех, кто не знаком с нашей работой, я хотел бы подчеркнуть, что, хотя деятельность Сети Ага Хана по развитию функционирует по всему миру в сообществах мусульман шиитов исмаилитов, ее программы и мероприятия в каждом регионе открыты для всех независимо от этнической принадлежности, расы, пола или религии. В русле своей политики ни одно из учебных заведений Сети не предлагает обучения в сфере религии, если этого не предусматривает национальный учебный план.



Качество образования на всех уровнях есть, и было, критически важно для всех обществ во все времена. В развивающемся мире образование предлагает бедным – возможности для нового будущего, женщинам – более высокий статус и новую роль в своих семьях и общинах, мигрантам – навыки, которые динамичны, и беженцам – актив, который является одновременно и транспортабельным и безопасным. По этим причинам Служба образования Ага Хана на протяжении многих лет ведет несколько сотен школ, многие из которых находятся в изолированных местах, в Восточной Африке и Центральной и Южной Азии, проявляя особый интерес к образованию девочек. Я говорю это, потому что остальные мои замечания в этот вечер будут сосредоточены на высшем образовании, однако я не хочу, даже подспудно, быть понятым так, будто я полагаю, что начальная и средняя школа имеют для меня меньшее значение. По всему миру эти этапы имеют решающее значение для воспитания должным образом образованного гражданина. Качество школьного обучения является особенно важным в развивающемся мире, где лишь небольшой процент населения сможет когда-либо поступить в университет, и где рост численности населения значительно более высок, чем возможности по расширению его университетов. Наконец система школьного образования играет важную роль в подготовке тех, кто продолжит дальнейшую учебу, помогая в полной мере использовать эту возможность. Это система обеспечения высшего образования и поэтому ею нельзя пренебрегать.


Но высшее образование имеет особую значимость благодаря различию, которое оно может создать посредством выработки новых моделей и стандартов для других общественных институтов, а также прививая студентам навыки критического мышления, анализа и решения проблем, укрепленные глубоким усвоением моральных убеждений, этики и уважения к окружающим. Хотя наш мир, вероятно, меняется со скоростью беспрецедентной в человеческой истории, не все изменения положительны. Негативные изменения – многочисленны; они разрушают общества, о чем свидетельствует насилие, что сегодня мы видим во многих частях мира. Позитивные изменения, которые являются постоянными, требуют сильных институтов на всех уровнях общества, а институциональное развитие требует моделей и просвещенного одаренного руководства. В докладе Целевой группы по вопросам высшего образования дан обзор высшего образования в развивающихся странах, на его основе сделан ряд важных замечаний и рекомендаций. Наиболее важными, с моей точки зрения, являются те, которые рассматривают высшее образование как общественное благо, а также переоценивают общественную отдачу от инвестиций в высшее образование. Эти данные поддерживают рекомендации Целевой группы по увеличению инвестиций в высшее образование в развивающихся странах правительствами, международными организациями по вопросам развития и частными инициативными группами.



Вопросы, которые наиболее часто задают люди, когда узнают, что я являюсь основателем нового университета: «Сколько студентов будет в нем» и «когда будет начато строительство зданий»? Мне же представляется, что должны возникать следующие вопросы:



  • «С учетом всех текущих проблем в этой стране и всех уже существующих университетов, для чего создавать еще один университет»?
  • «Чему там будут учить»?
  • «Чего Вы ждете от влияния, которое это учреждение и его выпускники будут иметь»? И, наконец,
  • «Насколько безопасно его финансирование на перспективу»?

Я считаю, что высшие учебные заведения имеют большие перспективы на успех для своих студентов и для общества, которым они служат, если они сосредоточены на четырех факторах: качество, актуальность, результативность и ресурсы. Решение более двадцати лет назад о создании университета Ага Хана (AKU, как мы называем его) – первого частного университета в Пакистане, было принято в связи с ухудшением качества высшего образования в развивающихся странах. Как частный университет AKU должен был оставаться небольшим, но, чтобы оправдать необходимые инвестиции, он должен был стать моделью для подражания для страны с более чем 120 миллионами населения. Чтобы получить и сохранить этот статус AKU должен был стать учреждением, отличающимся высоким уровнем качества, не только с точки зрения его академических предложений, но и в плане приема и финансовой политики помощи, управления, менеджмента и его финансового здоровья. Не последнюю роль в этом наборе задач играло привлечение членов Совета директоров, имеющих международный авторитет в области образования и развития.


Успехи в учебе были достигнуты за счет тщательного отбора профессорско-преподавательского состава и заботе о партнерских отношениях с важными институтами на Западе, многие из которых представлены в этом зале, – университеты Гарвардский, Джона Хопкинса, Макмастер, Торонто, Оксфордский, но и в Азии – Национальным университетом Сингапура.


Но одного лишь качества не достаточно, чтобы оправдать поддержку доноров, общества и власти в развивающейся стране; предложения самого университета также должно быть соответствующим. После исследования, проведенного при содействии Гарвардского университета, Совет AKU решил сосредоточить свои исходные усилия на разрешении проблемы низкокачественных социальных услуг в Пакистане и большей части развивающихся стран. Сегодня факультет здравоохранения, в том числе Школа медицинских сестер, и Институт по совершенствованию образования, все имеют высокую репутацию по обучению студентов в соответствующих областях на высоком уровне. Они предоставили новый статус и признание профессионально подготовленным женщинам, которые составляют подавляющее большинство учителей и медицинских сестер в регионе. Департамент здравоохранения Медицинского колледжа разработал новаторскую модель, при которой сообщество рассматривается как пациент, а не просто ряд индивидов, которые предоставляют себя попечению. Пятая часть времени программы студентов-медиков отводится общественному здравоохранению. Студенты Школы медицинских сестер также принимают участие в этой деятельности и получают опыт обучения в сельских районах страны.


О качестве и результативности университета можно судить еще и по тому, что в последние пятнадцать лет профессиональный орган лицензирования Пакистана рекомендовал, чтобы все медицинские колледжи в Пакистане приняли за основу ориентированную на общину модель медицинского образования AKU. Кроме того, Совет по проблемам медицинского ухода Пакистана принял программу AKU по уходу за пациентами. Исследования также были сосредоточены на таких темах, которые имеют отношение и результаты, которые влияют на общество. Что касается Института по совершенствованию развития образования при Университете, то более половины всех участников курса приходят из государственных учреждений. Здесь влияние Института сказывается не только на улучшении в классах и в управлении государственными школами, но и в основных определяющих политику правительства форумах, куда Институт приглашается для участия на регулярной основе.


Небольшой частный университет с сильными международными связями может играть такую роль, если он нацелен на качество, актуальность и эффективность, ищет возможности поделиться своим опытом и человеческими ресурсами с другими учреждениями и обществом в целом. Примеры, модели и хорошо подготовленные выпускники могут способствовать улучшению производительности огромного количества школ, университетов, медицинских клиник и больниц, которые существуют в таких странах, как Пакистан, но часто функционируют на уровне, много ниже своего потенциала, и потому необходимы для удовлетворения потребностей страны.


Теперь я хотел бы перейти к другой области, имеющей большое значение для получения высшего образования в развивающихся странах. Здесь я ссылаюсь на стремительный в последние десять-пятнадцать лет прогресс в области коммуникации и информационных технологий, которые открыли перспективы, значительно расширив международные связи и доступ к образовательным программам, как в терминах пространства, так и времени. Эта тема включена в завтрашнюю повестку дня, она особенно целесообразна для такого международного форума лидеров образования, как этот. Это правда, что последствия воздействия связи и информационных технологий на роли, структуры и функционирование университетов, как мы знаем, только начинают проявляться. Но их развитие имеет большое значение для университетов во всем мире, хотя приложения в течение некоторого времени в будущем могут меняться.


Способность транслировать программы и мероприятия на большие расстояния может принести образовательные возможности и ресурсы в те места, где они слабо развиты в настоящее время из-за финансовых трудностей или просто из-за изоляции. Там, где люди имеют доступ к компьютерам у себя дома или, как это в будущем через какое-то время будет в сельских районах в развивающихся странах, в общинных центрах, технология может обеспечить первую реальную возможность непрерывного образования в широком масштабе. Этот урок очевиден. Навыки использования основных элементов информационных и коммуникационных технологий должны стать частью опыта каждого студента университета лучше раньше, чем позже. Использование технологии должно занять место в самом образовательном процессе, и его освоение им должно быть в списке навыков, которыми каждый выпускник должен овладеть.


Но это только первый шаг. Даже в США, основателе и лидере в области разработки и применения информационных и коммуникационных технологий, реализация их потенциала в образовании все еще находится на начальной стадии разработки. Несколько недель назад Лоуренс Гроссман, бывший президент Национальной вещательной компании (NBC News) и Службы общественного вещания (PBS), и Ньютон Миноу, бывший председатель Федеральной комиссии по связи и PBS, выдвинули в своем обзоре, озаглавленном «США должны инвестировать в цифровую библиотеку», который появился в «Интернэйшнл Геральд Трибьюн», следующее предложение. Они вносят рекомендации уже в названии статьи, замечая, что «... Интернет и цифровая коммуникация в настоящее время не используются в Америке в достаточной степени в качестве ресурса для хоть сколь-нибудь широкого образования масс, которого требует будущее» и что «... над коммерческими попытками достичь массовой аудитории в Интернете доминируют развлечения маргинального характера», и в то же время «сокровища в библиотеках США, школах и музеях заперты из-за нехватки денег, чтобы сделать их доступными для всей американской аудитории».


Я процитировал эту статью так представительно, не для того, чтобы выступить адвокатом решения проблемы Гроссмана-Миноу, хотя, я думаю, что оно имеет большой смысл для Соединенных Штатов, а также будет бесценным подарком для остального мира и для дела мира во всем мире. Я делаю это, потому что здесь весьма ясно и авторитетно предлагаются конкретные и творческие шаги, которые могут привести к более полному использованию Интернета в образовательных целях. Это не вопрос одного космического решения, но довольно широкий круг инициатив. Интернет был создан Международным институтом исследований в Швейцарии как средство сделать для ученых всего мира данные и результаты легкодоступными без дополнительной оплаты. Высшие учебные заведения обязаны принимать участие в процессе разработки и формирования использования Интернета для образовательных целей в своих собственных сообществах и во всем мире.


На семинаре на тему «Архитектурное образование сегодня», состоявшемся в Швейцарии две недели назад, Уильям Митчелл, глава Школы планирования и архитектуры при Массачусетском технологическом институте и авторитет в использовании сети Интернет для широкого круга задач, предлагает краткий обзор некоторых преимуществ и недостатков использования Интернета для дистанционного обучения. Он считает, что дискуссия, которая фокусируется на противопоставлении обычного и дистанционного образования неверно сформулирована. Вопрос в преимуществах и недостатках первого и второго по отношению друг к другу – в том числе эффективности и стоимости – и их взаимодополняющем использовании.


Дистанционное обучение находится в неблагоприятном положении, поскольку не предлагает чистого выхода продукции, который обусловливается близостью к инструктору и плодотворным обменом идеями с другими студентами в классе или студии. Поскольку пользователям нужна база и подготовка, чтобы использовать ее, приспособив ее к своим нуждам, они имеют высокие накладные расходы, особенно в самом начале. Его положительной стороной является то, что дистанционное образование имеет преимущества масштаба. Это резко увеличивает доступ к рассеянным сельским общинам, которые по-прежнему составляют подавляющее большинство населения развивающихся стран, оно добавляет возможность привлечения импортированного опыта в отдаленный и изолированный контекст, что создает возможности для межкультурного опыта и делает возможным широкое сотрудничество специалистов из дальних регионов. Дин Митчелл утверждает, что эти усилия могут пожинать плоды того, что он называет «образовательно опосредованной глобализацией», которая уважает и охватывает интеллектуальное разнообразие и культурный плюрализм.


Примеры более значимы, чем эти обобщения. Я предлагаю вашему вниманию два весьма различных тематических исследования, демонстрирующих усилия учреждений Сети Ага Хана по развитию по более эффективному использованию Интернета для образовательных целей.


Первым из них является проект по разработке на основе Всемирной паутины (World Wide Web) ресурса по обогащению студентов, преподавателей, ученых и профессионалов, интересующихся архитектурой исламского мира, доступной по архитектуре информацией. Разработка опирается на опыт двадцати пяти лет культурологических исследований, преподавания и усилий по ревитализации Программы Фонда Ага Хана по исламской архитектуре в Гарвардском университете и Массачусетском технологическом институте; и на программы, которые сейчас объединены Трастом Ага Хана по культуре в Женеве.


Эти инициативы были запущены после серии консультаций с исследователями архитектуры и специалистами по всем религиям из разных частей мира, которые собрались для разрешения проблем черной дыры в исламских обществах в отношении одного из наиболее важных аспектов их самобытности и наследия – их рукотворной окружающей среды. В то время существовал настоящий вакуум, было мало стипендий, не было центров для обучения и профессиональной подготовки, не было коллекций визуальных и текстовых ресурсов по одной из величайших традиций в истории архитектуры. Доминирующей перспективой было, что усилия по улучшению качества жизни потребовали принятия символики и стиля стран и обществ, которые рассматривались как «продвинутые». Через двадцать пять лет был совершен полный оборот. Мало того, что эту важную форму культурного самовыражения поняли и приняли патроны и профессионалы, инвентарные списки зданий, находящихся в разных странах, выявили и узаконили многообразие выражения, о котором не знал даже сам исламский мир.


Появление Всемирной паутины как средства донесения информации позволяет придать этим усилиям последних двадцати пяти лет в общественном и профессиональном образовании совершенно новый размах. В Массачусетском технологическом институте разрабатывается Проект, названный АрхНет (ArchNet), он планируется к запуску в сентябре. Он соединит и предоставит доступ к визуальной и текстовой информации, накопленной в коллекциях, Кембриджа и Женевы. Хотя и микроскопическое в сравнении, это и есть пример того вида оцифровки недоступных материалов, о которых толкуют Гроссман и Миноу.


Но данный пример не заканчивается на этом. Недостаточно просто «обрушить» информацию на сообщества по всему миру, даже если, как в этом случае, это сообщество квалифицированных специалистов. В качестве составной части проекта ArchNet, пользователям было предоставлено место на сайте, чтобы демонстрировать собственные работы, общаться с другими членами ArchNet, участвовать в неофициальных дискуссиях на темы по своему выбору, которые имеют отношение к общей цели проекта, а также принимать участие в организованных дискуссиях, в том числе в совместных дизайн-студиях. Не менее важно, что школы и отделы архитектуры, имеющие интересы в исламском мире, могут выложить в отведенных им специальных рубриках для демонстрации на сайте свои программы, мероприятия, а также коллекции визуальных и текстовых материалов. На стадии разработки принять участие в ArchNet были приглашены институты из Малайзии, Индии, Пакистана, Турции, Ливана, Египта и Иордании, чтобы помочь ввести эту часть сайта. После его официального открытия к нему могут присоединиться также и другие учреждения. Особые усилия будут приложены, чтобы задействовать архитектурные школы Центральной Азии и к югу от Сахары.


Мой второй пример относится к новому университету в Центральной Азии. Прошлым летом я от имени имамата исмаилитов подписал с президентами Таджикистана, Кыргызстана и Казахстана международный договор об основании университета. Университет посвящен решению проблем бедности, отсталости и деградации окружающей среды в обширных и практически забытых горных зонах Внутренней Азии. Поступая таким образом, я считаю, что решение некоторых из наиболее важных проблем, которые в настоящее время захлестывают его, таких как: бедность, изоляция и глубокое чувство безнадежности, внесет значительный вклад в установление мира и стабильности в регионе.


Университет Центральной Азии будет проводить обучение и исследования по проблемам и перспективам горных районов Центральной Азии и приблизительно двадцати-тридцати миллионов человек, которые населяют их. Новый ВУЗ, который начнет свою деятельность предложением курсов непрерывной профессиональной подготовки в этом году, будет частным, светским, будет набирать студентов и преподавателей на основе их заслуг и будет открыт в равной степени для мужчин и для женщин. Его главный кампус будет располагаться в юго-восточной части Таджикистана, в городе Хороге, на реке Пяндж, которая служит международной границей между Таджикистаном и Афганистаном. Кампусы-спутники будут открыты в горных регионах Кыргызстана и Казахстана, и в других странах региона, которые решат присоединиться к университету в ближайшие годы.


Учитывая местоположение университета и его миссию, у него нет выбора, кроме как решительно использовать последние достижения в области информационных и коммуникационных технологий. Это в первую очередь верно для дипломных программ ВУЗа, которые уже в течение трех лет начнутся введением программы на степень магистра в области комплексных исследований горных регионов, а вскоре после этого будет введена и степень бакалавра. Эти программы будут преподаваться на английском языке и будут в значительной степени опираться на базы данных и человеческие ресурсы, специализирующиеся по изучению горных проблем, в дополнение к набранному на местах прошедшему специальную подготовку преподавательскому составу. Хотя большинство из вас этого и не знает, имеется небольшая преданная делу, но широко рассеянная по всему миру группа специалистов, посвятившая себя изучению гор и горных регионов – определяющая себя как «горная мафия». Их опыт и знания будут представлять род удаленного ресурса, который может быть импортирован, а их взаимодействие со студентами и преподавателями лично во время летних посещений и дистанционно в течение года заложит основу для своего рода «опосредованного межкультурного диалога», что и предусматривает Дин Митчелл.


Имеется еще одна последняя тема, о которой я хотел бы сказать несколько слов. Создание потенциала для нравственного развития и становления морально-этических убеждений является целью, которая появляется в учредительных документах многих старейших и наиболее престижных университетов мира. По ряду причин, я беспокоюсь, что развитию этих важных направлений уделяется недостаточное внимание и что ситуация может ухудшиться в ближайшие годы.


Продвижение вперед, которое произошло в науках – в последнее время в области биологических наук и инженерии, лежащей в основе компьютерных и информационных технологий – является важным для экономического развития и привлекательным для студентов и ученых. Я приветствую эти события, но опасаюсь, что они вытеснят часть учебной программы, посвященной изучению великих гуманистических традиций, которые развивались во всех цивилизациях на протяжении всей человеческой истории. Воздействие этих традиций способствует формированию ценностей, а также пониманию богатства и разнообразия человеческого опыта. Сложности мировых проблем и обществ сегодня требуют людей, образованных в широких гуманистических традициях, в дополнение к руководству и направлению, заданному учением их религии. История ХХ-го века изобилует примерами опасности систематического распространения и некритического принятия догм, идеологий и даже теологий. Более чем когда-либо, я считаю, университеты должны взять на себя ответственность за их вклад в процесс создания потенциала для становления морально-этических убеждений в сложной обстановке. Это еще одна область, где ведущие университеты мира могут индивидуально и коллективно реагировать на общие возможности и общую ответственность.


Я завершу кратким возвращением к некоторым основным темам. Высшее образование в развивающихся странах действует под огромным давлением, для которых нет простых решений. Частные учреждения могут внести вклад путем проведения эксперимента и, при условии успеха, в качестве моделей. Связи между учреждениями имеют решающее значение для этого процесса, в частности, международные связи.


Выявление новых источников финансирования высшего образования должно иметь высший приоритет. Национальные правительства в развивающихся странах ведут борьбу, чтобы уложиться в существующие бюджеты на образование, не говоря уже о дополнительных финансовых средствах, необходимых для расширения возможностей по приему быстро растущего населения, и имеют дело с целым рядом скопившихся проблем и внедрением новых программ. Международные учреждения, государственные и частные, оказывают помощь, но в определенных пределах. Определение средств частного сектора имеет немаловажное значение, как и выработка системы правил и преимуществ, которые будут способствовать тому, что частные компании поддержат высшие учебные заведения.


Говорят, что Интернет является наиболее важным событием для образования со времен изобретения печатного станка. Но в настоящее время он почти не используется для образовательных целей. Университеты всего мира должны взять на себя задачу по разработке учебных материалов, ресурсов и программ для Интернета. Они должны добавить свой голос к критикам правил и политики, настаивающим на использовании World Wide Web в образовательных целях, а не в коммерческих интересах.


Вспомним историческую роль «Университета» в проведении исследований, интерпретации и передаче великих гуманистических традиций мира. Наше стремление к глобальному миру в этом взаимосвязанном и переполненном мире все больше нуждается в понимании и усвоении многих их уроков, более чем когда-либо в прошлом.


Спасибо.


Последнее обновление: 28/02/2011 22:49